Замовити книгу "Пройти крізь стіни". Марина Абрамович

НИКИТА КРАВЦОВ: «Моя новая выставка – не провокация, а тест на общую осведомленность»

chernozem.info 30.03.2017

С 7 по 20 апреля в Музее истории Киева Фонд культурных инициатив ArtHuss презентует персональную выставку живописных и графических работ художника Никиты Кравцова «Туннельное зрение».

«CHERNOZEM» побеседовал с автором о концепции нового проекта, проблемах галерейного бизнеса, и о том, чем украинское искусство отличается от идеологического российского.

17623118_611758092349552_1671661665_o
Никита Кравцов (фото Камий Санье-Кравцова. Семейный архив)

Важнейшим визуально-стилистическим приемом «Туннельного зрения» является демонстрация противоречивого единства. Создание парадоксальных образов и попытка их упорядочить в пространстве царствующего хаоса –  не самоцель и не провокация, а проекция социально-политических реалий на холст и бумагу. Работы сознательно лишены целостности. Объединение сакрального и профанного образа вызывает множество противоречивых чувств: от тревожного ожидания и соучастия до стыда за собственное бессилие и одновременно массовое стремление к первенству. Автор представляет публике портрет общества, в котором никто не желает слушать своего оппонента, и это напоминает клиническую картину больного манией величия. Агрессия и настойчивость в донесении своих, часто сомнительных, идей характеризируются экспансией для расширения областей своего воздействия и нейтрализацией всех несогласных. Что ожидает такое общество дальше – не сложно предугадать.

Замечаете ли вы социальную эффективность ваших работ? На ваш взгляд, важно ли, чтобы искусство влияло на общественное сознание?

Естественно. То, о чем говорит социальный художник – всегда неотъемлемая часть общественной жизни. Для меня важно, чтобы, глядя на мою работу, люди делали соответствующие выводы. Не закрывали глаза на проблемы, а пытались их осознать, проанализировать и найти пути решения. Задавались вопросом, кто они и куда движутся. Искусство – поле для диалога, благодаря которому становится возможным избавиться от шаблонного мышления.

Как раз об этом ваш новый проект «Туннельное зрение». О попытке указать на ограниченность мировосприятия, контролируемую пропагандой, рекламой и идеологией…

Все верно. Я предлагаю посмотреть на проблему глазами человека, который видит ситуацию в Украине со стороны. Для него в нашей стране царит хаос. Из средств массовой информации европейцы получают какие-то обрывки чужой сфальсифицированной правды. Наши соотечественники свободно апеллируют терминами, значения которых не знают или не хотят знать. Поэтому одни видят в оппонентах «фашистов», другие – «сатанистов-антицерковников», а пока между ними бушуют страсти, на границе продолжаются активные боевые действия.

Почему для нового проекта основным художественным приемом выбрали визуальный оксюморон?

Попытка слепить воедино противоположности – моя метафора для исследования политической ситуации в Украине. Этот бред, который транслируют обе стороны, может восприниматься адекватно только на словах. Новое свободное государство пытаются построить путем соединения взаимоисключающих вещей. Каждый рьяно защищает свою правду, не желая никого слушать, и это имеет губительные последствия.

img564
Никита Кравцов (фото Камий Санье-Кравцова. Семейный архив)

Вы говорите о противоборстве правых и левых сил? Какой, на ваш взгляд, должна быть идеальная власть?

Основанной на принципах демократии, но в «Туннельном зрении» я не веду речь о власти, я говорю о людях. Никто не берет во внимание неугодное ему мнение, а величайшая мудрость в том, чтобы усомниться даже в своей правоте. Страна – это не твоя квартира. Ты не можешь решить за всех, что здесь будут жить только голубоглазые гетеросексуалы-коммунисты. Украина – это огромный автобус, который движется в сторону Европы. На пути могут возникать десятки препятствий, но это не повод останавливаться. Кто-то проколол шину, пока ее меняют – в салоне происходит драка, разбивают окно, заклеивают его кульками и едут дальше. Невозможно создать идеальное общество, повторяя те же ошибки. Люди погрязают во лжи и борьбе за первенство, забывая о глобальных целях –  вывести государство на новый уровень.

Почему вы не стремитесь к конкретизации образа, к некому уточнению?

Я – не политический художник, иначе бы был вынужден мыслить в определенных рамках. Когда ты на них соглашаешься, ты работаешь на заинтересованных заказчиков или сгораешь. Моя новая выставка – это не провокация, а тест на общую осведомленность. Я умышленно не перехожу на личности, а предлагаю увидеть червоточину в себе. В живописи, представленной в «Туннельном зрении», многие смогут рассмотреть опасные символы, если, разумеется, они привыкли видеть их везде. Это ирония над людьми, которые, сражаясь, разрушают физические объекты, когда нужно менять суть, и меняться самому.

Чем вызван интерес Запада к украинскому искусству? Можно ли сказать, что оно любопытно еще потому, что стало оппонентом российского идеологического искусства?

Я думаю, что интерес вызван качеством работ и разнообразностью тем. В мире Украину уже воспринимают как часть Европы. Западные зрители видят, что наше и российское искусство очень отличаются по форме и содержанию. Первое – отсутствием желания служить и использовать готовые «утвержденные» властью шаблоны.

Никита Кравцов
Никита Кравцов (фото Камий Санье-Кравцова. Семейный архив)

Почему вы прекратили системное сотрудничество с какой-то одной галереей? 

Потому что я не могу гарантировать галерее, что через год и больше мне будет интересно то, что я делаю сейчас. Я всем говорю, что не считаю себя художником. Просто создаю то, что мне нравится: пишу тексты, музыку, снимаю клипы, рисую мультфильмы, живопись. Когда галерея вкладывает в художника деньги, он становится галерейным продуктом, постепенно утрачивая свою индивидуальность и свободу действий. Если ты находишься в поиске, тебя опасаются, ведь чей-то бизнес-план может не сработать. Я против монополизации труда художника, против сумасшедших процентов и запретов на экспериментальные некоммерческие проекты. Конечно, в дальнейшем я не исключаю возможность сотрудничества с галереей, условия которой мне подойдут.

Какие проблемы украинского галерейного бизнеса вы могли бы выделить?  

Долгое время главной проблемой наших галерей  был страх рисковать и работать с новыми авторами. Не так давно ситуация начала меняться и теперь молодым художникам дают шанс высказаться. Престиж галерейного пространства определяет не то, что ты можешь выставить именитого автора, а возможность раскрутить и сделать успешными новые имена. Большинство мэтров сделали искусство до того, как вышли на рынок, а потом он их поглотил и сделал зависимыми от вкусов своих покупателей.

Правда ли, что во Франции существует тенденция трансформации арт- пространств в виртуальные галереи?

Да, в Париже держать свое пространство становится неоправданно дорого и многие создают виртуальные галереи. Мне кажется, что в эпоху социальных сетей потребность в галереях постепенно отпадает. Теперь ты можешь представить работы и найти покупателей в интернете, экономя время и деньги. Для наших институций единственный шанс удержаться на плаву и остаться излюбленным местом для зрителя – стать культурным центром и заниматься просветительской деятельностью.

img382
Никита Кравцов (фото Камий Санье-Кравцова. Семейный архив)

Чего не хватает отечественному искусству?

Уровень украинского искусства сейчас достаточно высок, а качество  арт-мероприятий и их реклама полностью зависит от организаторов. Нам не хватает только одного – конструктивной искусствоведческой критики, которую бы художники адекватно воспринимали. В этом отношении во Франции хорошая селекция: если художник не дотягивает, то ему просто не ответят. Там неважно, насколько хороший ты человек, с кем дружишь и сколько у тебя дипломов.

Уже несколько лет вы живете и работаете во Франции. Чем отличается культурная ситуация Франции и Украины?

На мой взгляд, культурная жизнь в Киеве гораздо интереснее и насыщеннее. Здесь постоянная смена векторов, тем, интенсивный график выставок, свежие идеи, новые имена. Сейчас в Париже много галерей, выполняющих функцию художественных салонов: люди приходят туда за картиной себе в квартиру и, как правило, за самой посредственной. Истинных ценителей не так много. В итоге искусство становится коммерческим, теряет свое основное предназначение и постепенно умирает.

Вы считаете, что настоящее искусство не может быть коммерческим?

Может, но оно должно соответствовать личным убеждениям художника, а не превращаться в заказ. Я верю, что мою работу могут купить потому, что она кому-то понравится, но делать себя галерейным продуктом, рассчитывая на спрос покупателя, я не хочу.

Автор: Роксана Рублевская

Теми art

Матеріали на схожі теми

Коментарі